Проблемно-ориентированный подход к оценке инновационного потенциала

Особенностью экономического развития перед глобальным кризисом 2008 г. являлось ослабление доминирующего влияния стран ЕС, Японии и США прежде всего за счет интенсивного развития других стран, что обусловливает важность восприимчивости экономики к инновациям [1]. Существуют различные трактовки этого понятия, однако в данной работе оно рассматривается в контексте формирования инвестиционно-инновационного климата, совершенствования механизмов управления научным и инновационным потенциалом (ИП) на местном, региональном и общенациональном уровнях.
Разнообразие существующих подходов к измерению и оценке ИП территориальных образований свидетельствует о сложности упомянутой проблемы, при этом практически все указывают на необходимость выделения ресурсной и результативной составляющих [2]. К компонентам инновационного потенциала можно отнести: человеческий капитал (ЧК) инновационного развития (К), инвестиционную поддержку научно-исследовательской деятельности (F) и результативность инновационной деятельности (R). Последний элемент состоит из потенциала интенсивности производства прикладных знаний (B) и производственной результативности инновационной деятельности (D). Согласно Закону «О приоритетных направлениях инновационной деятельности в Украине», ИП можно определить как меру способности страны трансформировать свои ресурсы в инновационное развитие, продуктивно наращивать инновационные качества и возможности [3].
Основными компонентами ресурсной составляющей можно считать человеческий капитал как главную креативную силу инновационных преобразований, а также инвестиционную поддержку научно-исследовательской функции. В концепции Г.С. Беккера экономический подход к ЧК выходит из предположения о максимизации полезности действий и рассматривает, каким образом производительность труда и выгоды людей изменяются в рыночных и нерыночных ситуациях в зависимости от инвестиций в образование, профессиональное мастерство и знания [4].
Исследования проблемы сущности человеческого капитала свидетельствуют преимущественно о качественном характере этого феномена. Так, Дж. Коулман отмечает, что «точно так же, как физический капитал создается изменениями в материалах, из которых изготовляются орудия производства, совершенствуя тем самым процесс производства, человеческий капитал создается путем внутренней трансформации самих индивидов, вызываемой их навыками и способностями» [5]. В.В. Радаев придерживается точки зрения, в соответствии с которой «в своем инкорпорированном состоянии человеческого каптала представляет собой совокупность накопленных профессиональных знаний, умений и навыков, получаемых в процессе образования и повышения квалификации, которые впоследствии могут приносить доход – в виде заработной платы, процента или прибыли». Таким образом, «человеческий капитал непосредственно связан с социально-профессиональной стратификационной системой, в которой группы делятся по уровню образования и профессиональной квалификации, условиям и содержанию труда, образующими границы между профессиями и специальностями» [6].
Развитие концепций содержательного наполнения категории ЧК, моделей и методов его измерения акцентирует внимание на инновационных качествах и свойствах этого феномена [7]. В указанном контексте современные исследования допускают, что креативность человеческого капитала обусловливается совокупностью проинвестированных производственных и общечеловеческих знаний, навыков и способностей, которую применяют люди [8].
По В.Л. Макарову и Дж. Мокиру, совокупность знаний в обществе можно принимать равной числу людей, которые суммарно потребили все виды знаний. Таким образом, отмечает В.Л. Макаров, «экономика знаний дает тем больший объем продукции, чем, с одной стороны, больше знаний создано учеными и, с другой стороны, чем больше людей потребили эти знания» [9, 10]. При этом, согласно Г.М. Доброву, важным условием должно стать обеспечение эффективности научного знания (характеризуется системной связкой понятий «быстрее», «шире», «полнее»), достижение «высокого уровня «искусства совокупного рабочего» и совпадение мотивации работы всего разнообразия категорий работников» [11]. Указанные факторы в своей совокупности «определяют социальные предпосылки восприимчивости продуктивными силами общества достижений науки, их динамического обновления».
В.В. Налимов и З.М. Мульченко отмечали, что «между наукой и техникой существует информационный барьер – информационные потоки науки, как правило, мало доступны инженеру. На границе этого барьера существуют специальные трансформаторы, преобразующие информационные потоки науки в формы, доступные для инженеров» [12]. К последним они отнесли высшие учебные заведения, которые готовят инженеров.
Проблема роли ученых –интерпретаторов научных знаний в формировании инновационной экономики нашла дальнейшее развитие в концепции наращивания потенциала общественных возможностей действия. Так, Н. Штер, определяя знание как «способность к действию», отмечал, что научное или техническое знание имеет особый статус в современном обществе. «Эта форма знания перманентно, в большей мере, чем какая-либо другая, создает новые возможности действия, усваиваемые и используемые индивидами, фирмами и государствами», таким образом наращивая и распространяя потенциал общественных возможностей действия [13]. Исторический контекст развития общественного разделения труда свидетельствует, что «труд, основанный на знании, существовал и прежде; «эксперты» существовали всегда. Особенностью же нынешнего этапа, ? отмечает Н. Штер, ? является то, что число профессий, сопряженных с основанным на знании трудом, растет, в то время как доля рабочих мест, требующих ограниченных когнитивных навыков, стремительно сокращается».
Концепция роста числа рабочих мест и профессий, связанных с основанным на знании трудом, у П. Друкера исследуется в контексте эволюции знания от общего к комплексу многочисленных высокоспециализированных отраслей [14]. Именно этот феномен, по его мнению, является особенностью современного общества.
Концептуально модель создания и развития ИП экономики можно определить, базируясь на положениях теории Дж. Мокира, в которой системно исследуются взаимосвязи и соотношения различных видов полезного знания [10]. Исходя из его концепции, можно считать, что инновационный потенциал экономики формируется в непрерывном взаимодействии «пропозиционального» (куда входит и наука) и «прескриптивного» знания за счет непрерывного расширения «фактической эпистемологической базы технических навыков» и «роста относительной значимости объема научной составляющей пропозиционального знания». Таким образом, продуктивность накопления и развития ИП экономики в решающей мере определяется эффективностью взаимодействия различных видов общественно полезных знаний. Вместе с тем на характер развития инновационного потенциала влияет возможность доступа к накопленным знаниям, которая определяется принадлежностью к тому или иному социально-профессиональному сообществу, тогда как обмен знаниями между ними осложнен.
Важность проблемы восприимчивости общественной практикой достижений науки обусловливается и тем, что к моменту применения в экономике научных знаний проходит продолжительное время. Они начинают влиять на эффективность и рост производительности труда лишь после того, когда их распространение достигнет критического значения (по мнению экспертов, ориентировочно 50% распространенности в отрасли) [15]. Поэтому наращивание ИП экономики за счет расширения комплекса высокотехнологических отраслей практических знаний должно осуществляться одновременно со снижением затрат на доступ к ним.
Таким образом, в формировании и наращивании инновационного потенциала экономики наряду с продуцированием научных знаний большое значение имеет и способность к их восприятию. Поэтому при оценке ИП важную роль играет структурированность человеческого капитала. Его можно проследить на основе сравнительного анализа моделей экономического роста при участии ЧК.
Базируясь на исследованиях И. Радионовой, где осуществлен сравнительный анализ моделей экономического роста при участии ЧК, можно определить основные аспекты структурированности человеческого капитала [16]. Так, в модели П. Ромера характерными качествами ЧК являются:
физические способности лиц, занятых в производстве;
образование, которое учитывает обучение в начальной и средней школах;
совокупный опыт, приобретенный в процессе работы;
научные знания (опыт), полученные после средней школы;
деление научных знаний на фундаментальные и прикладные;
обеспечение экономического роста не приростом показателя образования, а его достигнутым уровнем.
В модели Д. Ромера приводятся другие особенности:
приобретенные профессиональные способности, навыки и конкретные знания работников;
усвоение работником новых знаний и навыков возрастает на основе уже приобретенного запаса;
неквалифицированная и квалифицированная работа – сознательно приобретенные производственные навыки и знания;
количество лет обучения;
разграничение абстрактного и конкретного знания;
учет лишь конкретного знания;
соотношение между количеством населения, которое учится, и того, которое работает, в пользу первого.
В модели Р. Лукаса общий уровень умений реализуется продуктивным трудом лиц, которые заняты в конкретном производстве, а запас человеческого капитала формируется в обществе и создает выгоды для всех субъектов экономической системы.
Иные особенности указываются в модели Г. Манкива, Д. Ромера и Д. Уэйла: среднее школьное образование, уровень которого оценивается прямыми затратами правительства; процент населения трудоспособного возраста (15?19 лет), которое обучается в школе.
Достаточно широким спектром качеств структура ЧК представлена в исследованиях Р.М. Нуреева [17]. Человеческий капитал как запас: естественные способности; общая культура; знания общие и специальные; приобретенные способности, навыки, опыт; умение их применять в нужный момент и в нужном месте. Человеческий капитал как поток доходов: вложения в него становятся весомым активом, который обеспечивает более высокий поток доходов в течение всей жизни индивида.
В современных исследованиях популярность приобретают расширенные толкования ЧК. Среди дополнительных опосредованных индикаторов ЧК, по обыкновению, используют численность исследователей, обладателей научных степеней, долю занятых в нематериальном инвестиционном комплексе (НИОКР и образовании). Кроме того, отмечаются также показатели потока: охват различными ступенями образования соответствующих возрастных когорт, численность студентов, аспирантов и докторантов, доля затрат на образование и науку в ВВП и т.д. [7]. Довольно широкое толкование ЧК имеет в концепции развития человеческого потенциала [18].
Таким образом, человеческий капитал инновационного развития можно определить как часть ЧК, которая продуцируется работающим населением с полным высшим образованием, зависит от его пополнения, которое происходит за счет обучения в вузах III – IV уровней аккредитации. Поэтому указанная категория (ресурсная составляющая) должна учитывать детерминанты, представленные в табл. 1.
Инвестиционная поддержка научно-исследовательской функции ЧК обусловливается приоритетной ролью науки в процессах трансформирования экономики. Причем профиль научно-исследовательской функции инновационного потенциала определяется преимущественно национальными источниками финансирования.
В этом контексте следует отметить, что, согласно системной концепции, которая предложена Б.А. Малицким, научно-технический потенциал трактуется как особая производительная сила общества, как база знания и один из ведущих факторов его духовного воспроизводства [19]. В силу этого объективно возникает и закономерное изменение роли науки в воспроизводственном процессе. Если наукоемкость ВВП менее 0,9%, то наука проявляет себя в основном как затратная область народного хозяйства, и только после преодоления этой границы возможна реализация экономической функции науки. Таким образом, целесообразно, чтобы инвестиционная поддержка научно-исследовательской функции ИП учитывала детерминанты, представленные в табл. 2.
Факторы инновационной деятельности обусловливаются, с одной стороны, результативностью научного потенциала, который воспроизводится технологическим потенциалом, с другой, как считает Б.А. Малицкий, производственной результативностью использования научных результатов, достигнутыми производственными результатами, обусловленными научными достижениями [20]. Технологический потенциал охватывается потенциалами неовеществленных технологий и технологических инноваций, а производственные достижения, которые базируются на научных результатах, определяются экспортом наукоемкой продукции и валовой добавленной стоимостью отраслей перерабатывающей промышленности. Поэтому целесообразно результативную составляющую ИП представить детерминантами, указанными в табл. 3.
Предлагаемый набор статистических индексов для оценки интегрального показателя инновационного потенциала обоснован структурно-факторным анализом и данными статистики (рис. 1). Анализ структуры взаимосвязей показателей ИП осуществляется с помощью авторской матричной модели построения ориентированного дендрита исследуемых факторов. Установление характера взаимосвязей между показателями инновационного потенциала является основанием для определения их места и весомости в иерархической структуре, которую предлагается использовать при расчетах интегрального индекса ИП.
Корректность соотношений между составляющими инновационного потенциала определяется в соответствии с их коэффициентами иерархии:
уровень человеческого капитала инновационного развития – Uk;
уровень инвестиционной поддержки научно-исследовательской деятельности – 2Uf /3;
уровень результативности инновационной деятельности – 0,8Ur.
Расчеты интегрального показателя инновационного развития украинской экономики, ее региональных экономик и влияние региональных научных центров НАН Украины на инновационную привлекательность свидетельствуют, что наиболее привлекательными регионами можно считать Киев (интегральный индекс инновационного потенциала ? = 45,52), Харьковскую (? = 31,87), Донецкую (? = 26,37), Днепропетровскую (? = 26,33) и Запорожскую (? = 23,43) области. К наименее привлекательным относятся Закарпатская (? = 9,33), Житомирская (? = 12,27), Ровен-
ская (? = 12,62), Волынская (? = 12,63), Херсонская (? = 13,46) и Черновицкая (? = 13,71) области. Особенностью ИП является его уменьшение от восточных регионов к западным. Кроме того, высший уровень инновационного потенциала свойственен тем регионам, где функционируют региональные научные центры НАН и МОН Украины, которые фактически выполняют функции экономических кластеров.
Таким образом, можно выделить главные условия инновационного развития социально-экономической среды инновационной сферы. Прежде всего необходимо предусмотреть возможности для эффективного продуцирования научных знаний. Во-вторых, уровень подготовленности социально-
экономической среды должен соответствовать адекватному восприятию научных знаний и эффективной их трансформации в формы, доступные для общественной практики. В-третьих, инвестиции следует направить на реализацию экономической функции науки. В-четвертых, результативность инновационной деятельности нужно обеспечивать интенсивным производством прикладных знаний (накоплением потенциала неовеществленных технологий) и эффективной производственной результативностью инновационной деятельности.
Нормативное обеспечение формирования ИП, адекватного провозглашенному курсу на инновационные принципы экономического развития, в Украине осуществляется на основе Концепции развития национальной инновационной системы, в которой ставится задача всесторонней интенсификации социально-экономических процессов, оказывающих содействие росту экономики, ее инновационности. Одним из направлений решения этой проблемы становится внедрение системы мониторинга и анализа динамики инновационного потенциала в контексте его взаимодействия с другими потенциалами социально-экономической среды. Предложенная концепция модели измерения и оценки ИП может способствовать разработке качественно новой социально-экономической среды инновационно-инвестиционного развития.